протоиерей Александр Борисов
Проповедь на Всенощной
1 марта 2009 (Прощеное Воскресение)

Фонограмма

Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа!

Вот, дорогие братья и сестры, мы часто, особенно Великим Постом, слышим простые, очень знакомые нам слова: «Господи, помилуй! Господи, помилуй! Господи, помилуй!» Иногда человеку может казаться, что в церкви произносится одно и тоже. А что нас особенно миловать? – Все это одно и то же; живем и живем, все это какое-то унижение человеческого достоинства, лишнее все это и т.д.

Вот я сейчас был в командировке от Отдела внешних связей в Испании. Когда мы ночью сегодня летели обратно из Мадрида в Москву, где-то посередине Европы (где-то там над Австрией, что-то в этом роде) была такая сильная турбулентность, что самолет просто трясло. И вот единственное – начинаешь молиться, когда кажется, что еще немного – и он уже развалится на кусочки, этот самолет. И самая главная молитва, которую чувствуешь, - вот эта, самая простая: «Господи, помилуй! Господи, помилуй!»

И думаю, что вы тоже переживали такие моменты, когда главная молитва, которая вырывается из нашего сердца, - это вот эти самые простые слова: «Господи, помилуй! Господи, помилуй!», повторяемые много раз. И мы чувствуем, что находимся в руке Божьей, что вот еще немного – и мы вот уже перейдем из этой земной сферы бытия в какую-то другую. Может быть, это даже произойдет как-то мгновенно – мы не знаем. Но понятно, что именно эти слова выражают главное отношение нашего сердца к себе, к жизни, к Богу в тот момент, когда мы чувствуем смертельную опасность. Очень важно, чтобы мы не забыли об этом!

И Великий пост начинается именно с этого: «Господи, помилуй!» Но понятно, что когда мы просим милости у Господа, то мы должны начинать с того, чтобы эта милость исходила и от нас. Когда мы не находимся в каких-то стрессовых ситуациях, в какой-то смертельной опасности – а в обычной нашей жизни. Хотя и обычная наша жизнь может в любой момент оборваться, потому что, к сожалению, часто это бывает непредсказуемо. Отрывается какой-то тромб, маленький сгусточек крови, попадает куда-то в труднопроходимое место – в сердце или в мозгу – и человек мгновенно расстается с жизнью. До этого он, вроде, и не болел – а вот так резко все обрывается. Вот почему мы всегда должны быть готовы, потому что мы понимаем, что жизнь обычно длится 70-80 лет, кто-то больше, кто-то меньше. Но может и такой неожиданный конец наступить тоже, и мы никогда не должны сбрасывать эту возможность со счетов.

В то же время мы не должны бояться этого сверх меры – лишь как христиане: что мы предстанем пред Господом в любой момент нашей жизни – и с чем мы предстанем. Понятно, что мы не может быть совершенно всегда готовыми и очищенными от всех грехов. Понятно, что часто приходит болезнь, которой мы боимся – особенно долгой, тяжелой болезни. Но с другой стороны, надо подумать, что это прекрасная возможность для человека осознать весь путь своей жизни, примириться со всеми, закончить какие-то дела, попросить у всех прощения. Но ведь не всегда бывает так – иногда бывает, что неожиданно наступает конец. Поэтому важно всегда быть готовым не в смысле законченности дел и постоянного выспрашивания у всех прощения, а в том смысле, что мы понимаем необходимость милости со стороны Творца мира к каждому из нас – маленькому, грешному человеку. У кого-то больше недостатков, у кого-то меньше, но все мы примерно одинаковые стоим пред Господом, как Его дети перед любящим Отцом.

И, наверно, такая позиция человека – «Господи, помилуй меня!» - самая верная позиция. Тем более ее очень легко поддерживать: не нужно для этого перечислять, постоянно скрупулезно изучать свои грехи прошлого, как некоторые делают. Вот бывает, что человек ходит в церковь, исповедуется, причащается. И наступает момент, когда ему кажется, что надо вспомнить все грехи, начиная с яслей – и вот тогда будет хорошо. Конечно, это не нужно, не это нужно – нужно не назад смотреть, а вперед. Важно смотреть вперед именно с этим состоянием ума и сердца – что самое важное, в чем я нуждаюсь, это в милости Божьей за то, что в моей жизни было неправильно. Так вот в этом «Господи, помилуй!» все это вмещается.

Понятно, что прося прощения у Бога, чтобы Господь принял нас в любую минуту нашей жизни – и тогда, когда мы имеем возможность приготовиться из-за длительной болезни, и когда мы неожиданно уйдем из этой жизни – всегда это состояние реалистического взгляда на самого себя, как на существо, которое одарено многими дарами, многими возможностями и, к сожалению, многое из этого не использовало. Дай Бог, если каждый из нас на пять-десять процентов использовал свое дарование – остальное как-то остается невостребованным. И вот это состояние «Господи, помилуй!» - самое адекватное тому, что представляет каждый человек. Но прося милости у Бога, избирая лейтмотивом нашей жизни не рабское предлежание, а предстояние смиренное перед Богом, мы, конечно, должны прощать и других. И конечно, мы вот в этот день не только у Господа просим прощенья, как и всегда, в такой день – перед началом Великого поста, перед началом особенного внимания к нашей жизни, к нашему духовному пути, к нашим отношениям с другими людьми – чтобы они были созидательными, мирными, не разрушительными и тяжкими, а созидательными и мирными, переносимыми для каждого из нас. Конечно, просить прощенья друг у друга.

Порой это кажется странным: ну что это, я половину людей на приходе не знаю, может сказать прихожанин (я-то почти всех знаю, но я не о себе говорю), и зачем так формально просить прощенья? Ничто так не уничтожает, не обесценивает духовную жизнь как формализм. Но, с другой стороны, мы можем подумать и так, что от моего настроения, от состояния моего сердца незримым, незаметным образом зависит и обстановка в храме, и обстановка вокруг меня.

Человек – это удивительное существо, потому как малейшие оттенки, интонации голоса, настроения, взгляда, жеста – они сразу выдают то, какие мы есть на самом деле. Мы этого замечаем, но любой человек со стороны замечает. А даже если не замечает, то все равно создается та самая атмосфера, которая может быть созидательной, мирной, благостной (уж простите за такое традиционное слово), а может быть враждебной, тяжелой. Поэтому очень важно этим волшебными словом «простите» создавать атмосферу добра, примирения – даже по отношению к людям, с которыми не очень знаком, не очень знаешь, но все равно брат или сестра – они члены огромного социально-духовного организма, который мы называем словом «Церковь».

Поэтому мы, ваши пастыри, просим вас простить нас. Простить за наши несовершенства, за наши какие-то духовные неправильные позиции, которые, конечно, складываются в этой жизни. И мы надеемся не на свои силы, но и на помощь Божью. Когда рукополагают священника, дьякона и даже епископа, произносится молитва: «Божественная благодать всегда немощная врачующая и оскудевающая восполняющая…» и далее «поручествую тебя, благоговейнейший архимандрит (или дьякон, или чтец, или иподьякон) в следующую духовную позицию – дьякона, священника или епископа. То есть надежда полагается не на человеческие силы, но на божественную благодать, которая восполняет чудеснейшим образом – не только действия самого священника, но действия вас, вашего доверия, вашей молитвы, вашего предстояния перед Господом.

Так просим вас простить сегодня всех нас, ваших пастырей. Простить за наше несовершенство, за нашу торопливость, за наше неправильное внутреннее стояние перед Богом, чтобы Господь Своей благодотью восполнил и с нашей стороны, и с вашей; и чтобы Своей благодатью являл Свою Церковь в милосердии и благодати.

Простите и благословите нас.

И вот сейчас я с крестом, о. Александр с иконой Божьей Матери, о. Сергий с Евангелием как благовестник Слова Божия, будем стоять здесь. А вы будете подходить кратенько (потому что много людей, чтобы никого не задерживать, не вызывать досады), подходить, начиная с меня, а потом отходить – и те, кто знаком, просить прощенья друг у друга, приветствуя именно в плечи, называемые по-церковнославянски «рамена». Не нужно целовать в щечки, тем более в уста. Сегодня мы целуем в плечи, как мы с о. Александром.

Храни вас всех Господь в предстоящий пост! Пусть главным содержанием Великого поста будет молитва Ефрема Сирина, которую мы сейчас читаем. Я недавно с удивлением обнаружил, что люди считают, будто эта молитва читается только в церкви. Нет, к вечерним и утренним молитвам добавляем и дома молитву с поклонами. Сначала три земных поклона, потом двенадцать малых на «Боже, очисти мя, грешнаго» и в конце один земной поклон, в конце второго прочтения молитвы. Пусть эта молитва будет основным мотивом нашего духовного состояния в этом нашем пути от Прощеного воскресенья до Пасхи Христовой.

Аминь.